Нас не будет, а он будет напоминать, что прилетела ракета российская и убила полсела
Как живет село Гроза, где год назад при обстреле погибло 59 человек. Почти год спустя после удара по кафе Владимир живёт в доме погибших родственников жены и рассказывает, как село пытается держаться после трагедии. Жители вместе с волонтёрами установили мемориал на месте гибели односельчан и продолжают его благоустраивать, считая память главным способом пережить утрату. Те, кто выжил, постепенно восстанавливаются и возвращаются к работе, дети-сироты живут рядом с бабушкой и дедом под опекой. В селе остаётся усталость от войны, но люди держатся вместе и пытаются вернуть хотя бы часть прежней жизни.
Владимир, здравствуйте.Спасибо, что позвонили.Не могла почему-то...
Наконец-то, наконец-то.
Да, да, наконец-то мы с вами смогли поговорить.Спасибо.Я не знаю,рассказывали ли вам мои коллеги или нет.Мы сейчас записываем повторное интервью с некоторымигероями наших разговоров предыдущих для того,чтобы узнать,как изменилась ситуация,что произошло,что сейчас происходит в тех местах,где были какие-то серьезные трагедии.И, конечно, то, что произошло в Грозе,– одна из таких,наверное,ключевых точек полномасштабной войны.Мы следим за тем, что сейчас происходит.Хотела бы с вами об этом поговорить: о том,как живет село,почти год спустя после произошедшего.Как вообще, в каком состоянии жители,что изменилось?
Хорошо, да.
Я же верно понимаю,что вы сейчас живете там или вы все-таки живете в том селе,где вы работаете?
Пришлось приехать сюда, в Грозу.Жены, получается, родители погибли.И в этом доме мы сейчас живем.Конечно, поначалу очень тяжело.Все напоминает про родных.Жена до сих пор ночами плачет.Жалко очень.Это [я], наверное, как мужчина...А может, меня в детстве так воспитали, не знаю.Это всепринимаю не так,как она.[Она]каждый день почти плачет.Что изменилось в грозе?Ну, естественно, тех людей уже не вернешь.Надо...Как нас всегда учили и учат.И все так поступают.Надо жить дальше и помнить о нашихродных,знакомых, друзьяx погибших.Правильно?А память вчем заключается?Это памятники.Очень огромная благодарность.Все жители села каждый день благодарятнаших волонтеров,проект «Давайте».Правильно?
Да, да.
Благодаря им установили мемориал вот этот,памятьо погибших.Нас не будет,а оно будет стоять дальше,будет напоминать,что прилетела ракета российская,убила одним махом полсела ни за что,ни про что.Они невоевали.Много людей осознали много чего – [например],как себя вели до этого.То есть сейчас больше,наверное,сплоченность стала.Нетолько в Грозе.Я не только за Грозу говорю.Много где.В Харькове… Я каждый день езжу в Харьков.И сейчас в Харьков тоже опять приехал.Люди стараются вместе держаться.Большинство.
Вы имеете в виду,что вы на работу,да,ездите в Харьков?
Да, да, по работе.И тут, и там.Людей не хватает, конечно.Много мужчин служат.Ну, мы тоже служим – каждыйпо-своему.Что ещё поменялось?Поставили рядом магазинчик.Некоторые были против.Ну, были против те, [у кого]рядом магазин был.Они опасались за конкуренцию.
То есть теперь два магазина?
Да, два.Но основной этот, где всё было: где всё детстволюдей было, в этом кафе.Свадьбы,дни рождения отмечали в этом кафе, магазине.
То есть его восстановили, получается?
Ну, не то, что восстановили.Название то же осталось.Покаего поставили, где был забор.
То есть отстроили под тем же названием на соседнем...
Под тем же названием не отстроили,а поставили контейнер.Обычный контейнер.Сейчас,как модно за рубежом,поставили окна,двери и всё.
На том же месте?
Нет, нет.Где был забор.Не на том же месте.На том месте, где мы всех [погибших]нашли,там мемориал сейчас.И мы сейчас его облагоустраиваем потихонечку.Конечный результат благоустройства я вам покажу.Получается,на годовщину,пятого числа [октября 2024 года].
Будет какое-то открытие этого мемориала?
Нет, не открытие.Просто мы к пятому числуспешим облагустроить его.Вам нам помогли очень сильно с его установкой.Плюс расчистка.Везде,где были прилёты,на данный момент,мало поубирали эти завалы.А здесь, как нам помогли,ваша команда.
Приятно слышать, что мы смогли чем-то помочь.Насколько я помню...
Не просто помочь, а очень.Это громаднейшая работа.Я фото сбрасывал.Все это с осени, всю зиму, весну,это всёработалось, вычищалосьполностью всё, вывозилось.
Почему так важно было сделать мемориал?Когда я услышала,что в первую очередь жители села попросили помочь с мемориалом,я немножко удивилась.Потому что я думала о том,что в первую очередь,что в первую очередь,как будто люди попросят помощи,например,для себя.Для какой-то личной помощи.Почему так мемориал важен был?
Ну, наверное, так воспитывали в детстве.Наверное, так.Или, наверное,я так думаю,почему до сих пор Путин не захватил Украину?Наверное, из-за людей,то есть какие люди живут.Он, наверное, скорее всего, из-за этого.Потому что оружие западное,которое партнеры нам дают,им тоже надо правильно уметьпользоваться.Правильно?[...]
Насколько я знаю,ваша жена – одна из активисток,которая занимается мемориалом?
Ну да, мы все потихоньку занимаемся.Все потихоньку приложили хоть маленькое усилие.Все принимали участие.А память, это – ну,как можно помнить всю жизнь, да?Как можно помнить?Памятник им ставим, родным своим, правильно?Так же самое мемориал.Заезжаешь в деревню какую-то там далёкую-далёкую,стоит памятник погибшим солдатам.Ну,как в Великую Отечественную войну устанавливали.Люди помнят до сих пор, возлагают венки, цветы.То есть так, я думаю, правильно будет.И плюс такое количество [погибло] просто в один момент.Если бына полметраракета попала бы дальше,я думаю,там,наверное,процента 90 было бы живы людей.Атак… Если не ошибаюсь, пять человек выжило.
Как сложилась их жизнь?Тех, кто ранен и выжил?
Тех, кто выжил?Ну, смотрите, здесь, значит, Николайтожев больнице долго лежал.Вернулся сюда на работу,здесь в деревне работает.Восстановился потихонечку.Потом тетя Тома.Она очень долго не выходила из дома.Ей реально нужен был психолог.Мало того,что она проходила медикаментозное лечение,долго потом не выходила на улицу.Потом Галочка,та,которая была на кухне,готовила.Которую,получается,вытянули вторую по счету из завала,из живых.Она тоже восстановилась,здесь, в деревне.Она тоже принимает участие.Помогает с мемориалом,облагораживает его.Убирает, моет его, приходит постоянно.Сухие цветы выбрасывают, свежие ставят.Двигается потихонечку.Но забыть невозможно,конечно, это.
Я помню,что был пострадавший,у которого было повреждение позвоночника.И вы тогда говорили,непонятно будет ли он ходить.
Да, вот это он.Вот это Николай.Он, представьте, все нормально и ходит.
Ого.А где он работает?Вы сказали, что он работает – что он делает?
А он вот этот, получается,Твердоxлеб Анатолий, да?Кафе, которого было уничтожено.Он, у негоработаетподсобником.Вроде бы так.Он восстановился ипродолжает у него же работать.И продавщица,которую мы самую первую вытянули из завала,она сейчас работает,представьте,в магазине вот этом грозянском.
Вот в новом в этом или в старом?
Да, да, да, представьте себе.
Обалдеть.Не боится.
Ну,не боится.Говорит,типа, чему суждено того не миновать.
Это она так говорит?
Угу.
Яне могу не спросить,как,какая была реакция,когда стали говорить о том,что наводчики жили в селе и вообще как к этому относятся?
Половина отнеслась –xотели там и дом ихний спалить, и все остальное.Половина не верит, что это они.Вот так вот.
А они по-прежнему в селе или как вообще?Что, где они?
Ну, ихний дом, да, остался.
А они сами уже не в селе?
Они в России.
Правильно ли я понимаю,что нет пока никаких доказательств,что это именно они?
Ну, переписку показывают в интернете.
Да, переписку я видела, но какие-то...
Ну,опять же,вот там не эти Мамоны,а это тот Мамон-брат.Ну, не по отцу иxнему.И он жил вообще не в Грозе.Он работал на Россию в полиции.Вот его причастность.Но не этих Мамонов.Хотя,видите,обвинили иx обоиx – и Дмитрия,и Владимира.Типа они списывались,переписку ихнюю показывали.
Но в селе какого-то единого мнения нет?
Нет, нет, нет, нет.Каждый...
Какшла работа над памятником?Как вам...Ну,как вообще его придумали, да?Как решили,что вот он будет именно так выглядеть,а не иначе?
Придумал, наверное, я.Потом архитектор в Харькове помог это всё воплотить.Я ему на листочке нарисовал,а он сделал это в 3D. Иначали искать, кто как будет заниматься.Сначала было самое главное убрать это всё.Потому что проехать рядом нереально было.Плюс людинесли цветы,лампадки, игрушки.Всё туда, на развалины.Ну,тут не на развалины,а на детскую площадку рядом.Это неправильно.Было решение принято убрать это всё.Опять же наши волонтёры,этот проект “Давайте”,выручили очень сильно, помогли в этом.Очень было много нюансов,через всё это мы вместе с ними прошли.Слава Богу, нормально всё.Вычистили, вывезли.Тоже находили там останки.Там всё убиралось.Потомкто предложил,– или я,или они,– насчёт мемориала?Они [говорят]: “Ну,посчитайте,сколько это выйдет”.Ну,значит,[надо было сделать] сначала сам визуальный этоттри-дешный [проект мемориала].Начали искать, кто бы смог бы сделать.И по нормальной цене, адекватной.Не за всі гроші світу,як то кажуть (примечание – Не за все деньги мира,Искали, искали.как говорится).Ну, конечно, коррупция бешеная.Самая такая сумма –миллион гривен загадали, прикиньте.За это вот это, что мы сделали – миллион гривен.
Обалдеть.
Ну, мы же тоже, как говорится, не промах.Начали искать, зондировать, цены штудировать.Почём материал,кто делает,в какую цену работа выходит – это всё.Нашли, слава Богу, нормальных людей.С нормальными ценами.И это вышло дотрёхсот тысяч.
В три раза дешевле, даже больше.
Да-да, прикиньте, как нагревают.А если,допустим,кто-то не захотел бы,знаете,там,заморачиваться,то – “заплатим,и всё”.
Хорошо,что у вас терпения хватило,конечно,всё это провернуть.
Это всё мелочи,в сравнении с тем,что уже никого не вернуть и ничего не вернуть.Остаётся только помнить.Мемориал есть,люди помнят.Много приезжих приезжают, смотрят.Фотографируют, цветы ложат.Рядом магазинчик,кто-то покупает печенье,конфеты,ложит на мемориал.Мимо пробегают дети,забирают эти конфеты,кушают.
Серьёзно?
Ага.Это всё нормально.
Не ругаетесь на детей?
Да не-не-не.Да у нас тут опять,тоже тут такой жаx (примечание – “жаx” – укр.“страx”) был.Там хату разнесло,тоже натрусились (примечание – “натрусились” – укр.“Натряслись” в значении “испугались”).Все село поперелякалось (примечание – от укр.Там недавно совсем девочка жила с мамой.“Перелякалось” – “испугалось”).Ну там угловой дом получается, на окраине.Ей 37 лет, этой девушке, а дочке ей,получается, 9. И она занималась хозяйством.У неё были коровы ибык-осеменитель.И люди к ней водили коров своих.Ну она занималась этим,зарабатывала деньги на жизнь.И вот совсем недавнобыло ЧП.Этот быкрастрепал эту девочку.Ну, 37 лет – это что?Получается,кто-то вёл корову к ним,и она,я так понял,отпустилаэтого быка.Сзади [нее] он шёл.Ну, это же зверь.И он её насадил на рога, растрепал там всё.И печёнка, и лёгкие – всё вытрепал.
Ужас.А её удалось спасти?
А девочка бегала вокруг,кричала,не могла ничего сделать.
Кошмар.
Скорая приехала – уже нельзя было сделать.
Она погибла?
Да, да, моментально.Там травмы, несовместимые с жизнью.Тамбольше девочку вот эту маленькую жалко.Мы ей подарили,кстати,с этого проекта “Давайте” набор канцелярский и планшет.Этот ребёнок плакал, стоял.Это не передать словами.Это вечером было уже.Через час, по-моему, этого быка застрелилитам на месте.А муж ее воевал, и он раненый, короче.Потом на костылях его привезли с Харькова.
Кошмар.
Да ужас,говорю,и так с этой войной,и что тут такое.
Ужас.И что сейчас с ребёнком, с девочкой?
Ну, бабушка сейчас [заботится].Ну,отца должны комиссовать по ранению,плюс то,что он типа остался вдовец.
Ужас.
Так что берегите себя, меньше рискуйте.АБ:Да уж.А вот эта семья,про которую вы сейчас рассказали,у них тогда,когда взрыв был,кто-то у них пострадал или обошлось?У ниx родственник там погиб.
Кошмар.Вы сказали сейчас про ребёнка,и я хотела спросить,удалось ли вам оформить опеку?Я помню,что вы планировали оформлять опеку над племянниками.
Оформил дедушка опеку.И было принято решение не разделять детей.И дедушка оформил обоих, и Диму, и АнастасиюПантелеевыx.
И они, получается, тоже в селе живут?
Да, да, здесь.Все здесь живут.
Я помню,вы говорили,что вы планировали тогда ещё брать младшую девочку к себе.
Анастасию.
Она у вас бывает?
Конечно, каждый день.Они и сейчас даже [у нас] – онлайн сейчас учеба идёт.Вместепереписываютсяс дочкой с моей (примечание – имеется ввиду,вместе учатся онлайн).Они [волонтеры] очень сильно помогли.Это как пример, понимаете.Мы как пример сволонтёрами дали другим.Вот сейчас смотрю,кто там,кто там стараются делать,мемориалы устанавливать,памятные доски.Ну, хоть что-то, чтобы,ну, помнили.Убирать это всё,чтобы ничего не напоминало про войну.Какие развалины.
Раньше такого не было?
Нет, конечно.АБ: Нет,я имею в виду,что вы сказали,что вы подали пример.То есть до того,как вы начали этим заниматься,так активно не устанавливали памятники?Ну,один случай был,когда ребята погибли на самолёте в Чугуеве.Вы помните?
В начале войны.
Да, когда самолет разбился.Ну,там там просто плиты стоят чёрные,(примечание – невнятно)с именами.И посажены туйки.Вот так вот квадратом сделанаплощадка и всё.То есть,ну, как такового мемориала нет.Там просто плиты.А тут мемориал.Говорили старики,вот эти,старожилы,тут один прилёт был в Великую Отечественную войну.За всю войну один прилётбыл.А тут сейчасодин прилёт вынес полсела.
Да уж, жасно, конечно, совершенно.Есть ли те,кто уехал из села после произошедшего?Или в основном все остались?
Даже некоторые вернулись.Те, кто был за рубежом или где-то,все повозвращались.Вот Пащенко, мальчик, Владислав,у которого отец и мать погибли тут в кафе, – онсейчас в пионерлагере в Луцке.Я бабушке передал канцелярский набор и планшет,она отправила “Новой почтой” ему(примечание – речь о набораx и планшетаx,которые волонтеры передали детям из пострадавших семей).Онполучил, фотоотчёт сделал, прислал.Должен скоро приехать сюда.Молодец.
Ответственный.
Да, да, да.
А он был за границей, да?
Нет, в Луцке.Здесь.
Нет, я понимаю.Вы сказали просто, что он приехал.Я подумала,что он был за границей,потом вернулся.
Ну нет, здесь, на территории Украины.Ну просто далеко.
Да, сейчас я поняла.Планируете ли вы делать какой-топамятный вечер или что-то в годовщину?
Не, не, не, каждый самостоятельно.Нет, сейчас стараемся не собираться.Хотя женщины возле мемориала собираются,ложат цветы, приносят.Убирают мемориал.Там рядом столик.Помянули.Ну так,чисто символически – кто пьет,кто не пьет.И все.То есть никто толком не собирается.Да уже всем эта война надоела.Уже никто не боится этих взрывов, ничего.Усталость от войны,как говорится,есть синдром усталости от войны.Теряет пильність (примечание – пильність – бдительность),потом погибает.
Можно сказать,что люди привыкли к тому,что происходит?
Ну, скорее всего, да.Наверное, да.Ну, это просто жесть.Не знаю.Мне кажется, сложно привыкнуть.Получается так.
Владимир,спасибо большое,что согласились поговорить.Я рада, что удалось хотя бы немного помочь.
Да, мы всегда чем сможем, поможем.Что нужно, обращайтесь.В общем,что от нас требуется,мы все будем делать.
Хорошо, спасибо большое.А фотографии,я так понимаю,вы присылали моим коллегам?
Ага.
Я тогда попрошу у них.Спасибо,если у меня какие-то вопросы еще возникнут,я напишу вам,мы с вами на связи.
Я могу вам сейчас ссылку с YouTube кинуть последнюю.
Давайте, пускай будет.Спасибо, xорошего дня.
И вам спасибо большое.Передавайте привет.
Хорошо, сейчас напишу ребятам.Спасибо.
Мы хотим, это чисто моя задумка, опять же,хотим какой-то этой команде,которая нам помогла… Я понимаю,что деньги все сбрасывали зарубежом люди,но благодаря этой команде это все [случилось].И эта команда наяривает все возможные,невозможные каналы,чтобы это все показать,рассказать и донести людям,что надо вместе держаться и помогать.Взаимопомощь, что ли.Иначе никак.
Стараемся.
И я что-то хочу – ну, я придумаю.Как всегда,придет спонтанная мысль.Ну, что-то придумаем.Как облагодарить этой команде.
Да, ребята, конечно, очень работают слаженно.Правда.Молодцы.
Молодцы.Сейчас ссылочку скину.
Хорошо, спасибо огромное.Спасибо.
Ничего.Извините, что раньше не мог, но...
Да вы что, я все понимаю прекрасно.Вчера я сама перенесла.Так что вообще никаких вопросов.Главное,что все-таки нам удалось поговорить с вами.Спасибо.До свидания.
Да не за что, это все мелочи.
Слушайте,а вы сказали,что вы набросали первый какой-то набросок,эскиз этого мемориала.А как вы его придумали?
Таммного эскизов было.Там и ракета была торчащая,где расколото это.По-разному было, много эскизов было.Но изначально я такой планировал – вот именно буквы,чтобы название было.И типа, разлом или ракета.А потом ваши… Ваши, наши партнерыговорят: “Неправильно,это,типа,получается памятник ракете”.Я так смотрю: ну да,блин,реально – “Гроза” написана и ракета торчит.Ну как бы да,это [получается] памятник российской [агрессии] – неправильно.Ставим все-таки людям,ну,для людей,которые погибли,про память их чтобы не забыть.То есть нас не станет, да?Для гранита гарантия 500 лет, для камня самого.За 500 лет ему ничего не будет.Люди будут помнить.Это самое главное.
И поэтому решили сделать такой,какой сделали в итоге?
